Как души нерожденных детей влияют на судьбу своих рожденных братьев и сестёр, матери и отца. Как нерожденные дети влияют на рожденных Где находятся души нерожденных детей

В Библии ясно показывается, что нерожденный ребенок, развивающийся в утробе матери, для Иеговы Бога значит гораздо больше чем просто эмбриональная ткань. Вдохновленный Богом царь Давид писал: «Твои глаза видели даже мой зародыш, и в твою книгу вписаны все его частицы» (Псалом 139:16, НМ ). Таким образом, Создатель считает даже зародыша отдельной личностью, живым человеком. По этой причине он установил, что человек, причинивший вред нерожденному ребенку, должен нести за это ответственность (Исход 21:22, 23). Да, с точки зрения Бога, убить нерожденного ребенка все равно что посягнуть на человеческую жизнь. Поэтому, если девушка хочет угождать Богу, то она не будет считать аборт делом выбора, даже если на нее оказывают давление.

Слово Бога дает утешительную надежду на воскресение, а также жизнь в прекрасных условиях в праведном новом мире, который вскоре наступит под правлением Царства Бога (2 Петра 3:13). О том, что Бог сделает для людей в то время, в Библии говорится: «Отрет…

Я только вот, что нашла: Митрополит Волоколамский Иларион выступил с лекцией о смерти перед учащимися Свято-Димитриевского училища милосердия. В ней он, в частности, сказал, куда попадают души младенцев и нерожденных детей, убитых абортами. Митрополит Иларион сообщил, что, по мнению святителя Григория Нисского, идея посмертного воздаяния не может быть применена к младенцам, так как они не совершили ни добрых, ни злых поступков.

Однако, по мнению святителя Григория Нисского, человек, умерший в зрелом возрасте, и проживший жизнь добродетельно,…

У нас в семье случилась беда: у жены брата на 8-ом месяце беременности произошла отслойка плаценты (плод сам пуповиной запутался и ее потихоньку отрывал, а в итоге умер от голодания). Ей сделали кесарево, достали ребенка. Девочку вернули нам, мы дали ей имя и похоронили.
И теперь возник вопрос: как молиться за девочку, ведь она, по сути, и не родилась? Можно и нужно ли писать ее имя при подаче записки за упокоение?

студентка

Брест, Беларусь

Уважаемая Ольга, о загробной участи младенцев, которые не пришли в этот мир по попущению ли Божьему, или даже по человеческому умыслу, Церковь не выносит своего определенного суждения, а уповает на милость Божию. Поскольку эти младенцы ни самостоятельно, ни через восприемников не вошли в ограду Церкви, о них не совершается церковная молитва, поэтому и подавать записки о них не следует. Но мы веруем, что промыслом Божиим для таковых младенцев уготованы небесные обители, где они и…

Митрополит Волоколамский Иларион выступил с лекцией о смерти перед учащимися Свято-Димитриевского училища милосердия. В ней он, в частности, сказал, куда попадают души младенцев и нерожденных детей, убитых абортами. Митрополит Иларион сообщил, что, по мнению святителя Григория Нисского, идея посмертного воздаяния не может быть применена к младенцам, так как они не совершили ни добрых, ни злых поступков.

Грех, по словам Григория Нисского, является болезнью, и для наслаждения небесными благами требуется избавление от этой болезни. Он писал, что «не искусившийся же во зле младенец, поскольку душевным очам его никакая болезнь не препятствует в причастии света, пребывает в естественном состоянии, не имея нужды в очищении к восстановлению здоровья, потому что в начале не принял в душу болезни».

Однако, по мнению святителя Григория Нисского, человек, умерший в зрелом возрасте, и проживший жизнь добродетельно, получит большее блаженство. Потому что если бы праведники не…

полистала сайты.вот что нашла: (это о детях не абортированных, а умерших в утробе по разным причинам)

Не только можно, но и нужно молиться за этих деток дома! Младенцы, погибшие во чреве матери, несут на себе первородный грех, они не омыты святой водой Крещения, и поэтому особенно нуждаются в материнских молитвах.

А молитвы о нерожденных детях есть.

Молитва за младенцев, умерших во утробе
(составлена Митрополитом Григорием Новгородским и Петербургским)

Помяни, Человеколюбче Господи, души отшедших рабов Твоих младенцев, кои во утробе Православных их матерей умерли нечаянно от неведомых действий, или от труднаго рождения, или от некоей неосторожности. Окрести их, Господи, в море щедрот Твоих и спаси неизреченною Твоею благостию.

Домашняя молитва матери за детей мертворожденных
(составлена иеромонахом Арсением Афонским)

Господи, помилуй чад моих, умерших во утробе моей! За веру и слезы мои, ради милосердия Твоего, Господи, не лиши…

Вопрос батюшке: меня мучает вопрос, когда женщина сделала аборт, куда попадает душа младенца - в ад или рай?

Отвечает о. Максим Каскун. Вот знаете, есть сейчас такие православные активисты ложные, которые считают, что абортированные младенцы попадают в ад. Представляете, да? Ребенок, который ничего не сделал, который по учению православной церкви является в общем то безгрешным, он предается своей собственной матерью, он испытывает не только горе, смерть, боль страшную от ран, когда его разрывают на части, он испытывает еще и тяжелейшую душевную травму, что то место, которое было для него защитою и оплотом, предало его.

И вот в таком состоянии он исходит из этого мира и по любвеобильности Господа нашего попадает прямиком в ад! Глупо, да? Поэтому за некрещеных младенцев мы молимся, за них можно в церкви ставить свечку. На проскомидии за них молится мы не можем, потому как они не крещеные, хотя Иоанн Златоуст говорит, что даже за еретиков в Таинствах надо молится. Но,…

Пролог

С 6 на 7 января - в самую праздничную ночь для всего православного мира, Катя держала на руках свою новорожденную дочку - Машеньку. В палате, где все роженицы уже спали, а их малыши мирно посапывали - проделав первый и самый главный путь в жизни — из маминых животиков на белый свет, Екатерина проводила первые часы с ее долгожданной, такой выстраданной, такой желанной малышкой.

Она сидела, не выпуская ее из рук, как будто боясь, что Машенька (так она назвала свою гордость) вдруг исчезнет. В свете фонаря, светившего в больничное окно, Катя с умилением разглядывала крошечное личико, маленький носик, щечки, закрытые глазки с красивыми длинными ресницами, губки, все казалось таким совершенным. «Как долго я тебя ждала!», — сдерживая слезы, прошептала счастливая мамочка. И подняв вверх глаза, мысленно сказала, — «Благодарю!!!» тому, кого и обвиняла, и проклинала, и просила, и благодарила все эти годы. Перед ее глазами пробегали картины прожитых лет, пройденных испытаний, истории отчаяния и смирения. Все это, теперь, когда на ее руках, посапывал самый главный дар, преподнесенный судьбой, казалось не случайностью. Сейчас все пережитое открывалось в ином свете, — как дорога, по которой ее провели, чтобы сделать сильнее, мудрее и терпимее. Но самой главный подарок, который она получила вместе со своей малюткой, — это умение оценить такой дар небес, как рождение Ребенка.

Светочка

Катюшка росла послушной и милой девочкой, радовала маму и папу. Окончив школу, уехала в другой город, поступила в институт, закончив который, вернулась к родителям. Встретила своего единственного и неповторимого — Славу, вышла замуж.

Все складывалось прекрасно - они с мужем купили квартиру, у Кати была интересная и хорошо оплачиваемая работа, с перспективой карьерного роста. Отношения у молодых складывались прекрасно, казалось они просто созданы друг для друга. У них в доме всегда было много друзей, летом они предпочитали активный отдых на природе - сплавлялись по рекам, лазили по горам. Жизнь протекала интересно, но в то же время не преподнося каких - то неприятных сюрпризов.

Прожив совместно 3 года, молодая пара задумалась, как и полагается о детях. Из Катерины получилась бы отличная мама, она была спокойной и очень доброй, ее вообще никто и никогда не видел раздраженной или злой. Казалось такой женщине просто на судьбе написано стать замечательной мамочкой.

Когда тест показал заветные две полоски, все в жизни Славы и Кати изменилось. Они читали книги о беременности, кушали только здоровую пищу, делали гимнастику, много гуляли. Каждый вечер, ложась спать, они говорили о Светочке (Катя, почему то была уверенна, что ждет именно Светочку). Они представляли, какой она будет, как они будут с ней гулять, купать, кормить.

Катя часами разговаривала с малышкой, повторяла, как она ее ждет и любит. Вместе они ходили плавать в бассейн, слушали классику и детские сказки. Наблюдая за своими подругами, у которых были дети, она отмечала, что так как Лена, она не будет разговаривать со своим малышом, не будет наказывать так, как Таня, не собирается праздновать дни рождения так, как Оксана. Даже на улице наблюдая за мамочками с детьми, она всегда знала, какой она не будет - особенно если перед ее глазами разворачивалась сцена с ревом или наказанием. Хотя живота еще не было заметно, все знакомые сразу поняли, хотя и не показывали вида, что Екатерина беременна. Такой свет и спокойствие она излучала, таким одухотворенным и счастливым было ее лицо, что сомнений не было.

В 12 недель Катюша с мужем пошли на первое УЗИ. Одно дело представлять, что маленький человечек растет у тебя в животе, другое увидеть это собственными глазами. Так удивительно, что у «кнопочки» размером в клубничку уже были ножки, ручки и даже пальчики, стучало сердечко. Катька даже расплакалась, таким волнительным, оказалось, увидеть свое маленькое плавающее внутри нее ЧУДО. Врач заверила, что все в норме, развивается плод, согласно графику развития и патологий нет. Слово — плод, как то даже резануло ухо Кате - для нее это был не плод, это была ее маленькая принцесса, ее Светочка. По дороге домой счастливые родители купили торт и вечером за чаем только и обсуждали, какие ножки и какие ручки у их малышки, и какая шустренькая их маленькая Светочка.

***

Ночью Катя проснулась от тупой ноющей боли внизу живота, разбудила мужа. Слава вызвал скорую и пытался успокоить жену. Катя же себе места не находила, такой страх волнами накатывал на нее, что сердце начинало стучать быстро, быстро. Она схватила со стола распечатанные молитвы для беременных и стала читать их без остановки. Приехала скорая помощь, Катю увезли в больницу, а Слава, не находя себе места поехал следом.

Уже в больнице у Катерины случился выкидыш, ее почистили и оставили до утра. То ли отходя от наркоза, то ли во сне Катя увидела маленькую девочку, уходящую по дороге куда-то вверх, которая поворачивалась, и улыбаясь, махала ей рукой. На следующее утро Катя проснулась в палате, где лежали три женщины на сохранении, они все сочувственно смотрели на нее, говорили ей какие-то слова. Но она, отвернувшись к стенке, плакала, оплакивая свою нерожденную девочку, которой она никогда не заплетет косички, никогда не наденет красивое платье, которой никогда не споет колыбельной. Катя ощущала такую боль и пустоту, что ей казалось, будто женщины сочувствующие ей, в душе радуются, каждая думая при этом — «Слава, Богу, это случилось не со мной.»

Катя лежала и мечтала лишь об одном, чтобы Слава скорее забрал ее домой. После осмотра врач выписала Катю, и она вернулась домой. Первое, что попалось на глаза это книги и журналы про беременность и материнство, маленькие пинетки, которые купила по наитию у какой-то бабушки на рынке и фотография с УЗИ их маленькой Светочки. Слава принес с балкона коробку, сложил туда все, видя состояние жены, решил убрать напоминающие об этой трагедии вещи.

Катя ходила к врачам, пытаясь выяснить причины выкидыша, сдавала анализы - ответ был один - «У Вас все хорошо, мы не можем определить причину…»

Поговорив с мужем, они решили пройти обследование в столичной клинике. Перед отъездом Катя, убираясь в квартире, зашла к соседке - бабушке Рае, чтобы отдать кое-какие продукты.

У бабушки Раи было 5 детей и 7 внуков, которые часто приезжали в гости, навещали старушку. Она была очень доброй и очень верующей женщиной. Попив чайку, бабушка Рая благословила Катю, сочувствуя и очень симпатизируя этой молодой, жизнерадостной женщине. Уже уходя, Катя остановилась на пороге и спросила: «Бабушка Рая, а куда уходят нерожденные детки?» И рассказала ей сон, который видела в больнице. «Ой, детка, даже не знаю, но вот батюшка в нашей церкви, наверняка знает» — ответила она и стала как всегда рассказывать про нового батюшку, в котором, судя по рассказам вся паства души не чает. Катя вежливо прервала беседу, сославшись на сборы.

В дорогой клинике в Москве, после полного осмотра и всевозможных анализов, вердикт был такой же как и дома - «У Вас все хорошо. Но рекомендуем тщательней наблюдаться во время следующей беременности».

Катя и Слава вернулись, постепенно боль от утраты утихла, жизнь шла своим чередом. На работе Катю повысили в должности, все складывалось хорошо.

Анечка

Прошел год, Катя и Слава решились попробовать еще один раз. Как только у жены случилась задержка, Слава понесся в аптеку за тестами. Выйдя из туалета, Катя со слезами на глазах сказала - «Получилось!».

Теперь Катя берегла себя как фарфоровую вазу. Слава купил ей даже посудомоечную машину, чтобы как то оградить любимую женщину от забот. Они очень волнительно ждали 12 недель, с замиранием сердца, боясь повторения. В этот раз Катя не дала имени своей малышке, страшась забегать вперед.

На втором УЗИ ей сказали, что она ждет девочку. Страхи остались позади, и Катюша стала называть свою девочку Анечкой. Она смотрела на женщин с детками, и про себя повторяла: «Анечка, я буду тебе самой лучшей мамой в мире».

Малютка уже стала шевелиться внутри, для Кати это просто было чудом, она всегда замирала в эти моменты, боясь пропустить хоть малейший толчок. Она выучила Анечкин режим дня, старалась когда дочка спит или находится в покое, сама ложиться, чтобы вдруг не разбудить кроху.

***

Все произошло неожиданно: на 22-й неделе начались схватки, Катя попала в больницу. С полными ужаса глазами, она хватала врачей за руки и кричала: «Спасите моего ребенка!!! Спасите Аню!!! Помогите моему малышу!!!» Остановить внезапно начавшуюся родовую деятельность, увы, не смогли. Анечка родилась мертворожденным ребенком.

Катя умоляла показать ей дочь, но ее завернули и унесли, объяснив, что не положено. Она осталась одна, лежать на родовом столе в родовом зале, не родившая ребенка. Санитарка, мывшая пол, зачем то открыла форточку и ушла, стало очень холодно, а Катерина чувствовала, как этот холод проникает в каждую частичку ее души, сердца, замораживая чувства.

Леденящая правда, о том что она потеряла второго ребенка медленно доходила до ее сознания. Вдруг, не в силах больше сдерживаться, она зарыдала, заголосила, от боли, обиды, жалости к себе, к Анечке, к Славе. Ей так захотелось стать маленькой, залезть на руки к маме и обняв ее, забыть обо всем.

Кате укололи сильное успокоительное и ночью она увидела опять тот же сон, ее девочка, ее маленькая Анечка навсегда уходила от нее. Только вместо того, чтобы махать ручкой девочка говорила: «Пожалуйста, пойми!».

Вернувшись с больницы, Катя ни дня не желая оставаться дома, вышла на работу. Тактичные коллеги старались при ней совершенно не затрагивать тему детей. Катя как ни старалась, не справлялась со своей болью.Она перестала общаться с подругами, у которых были детки, переключала телевизор, если вдруг показывали славного карапуза. Слава видел, как мучается жена, не раз предлагал обсудить все, советовал выговориться, выплакаться, но она лишь отвечала ему: «Тебе не понять!» Воздвигая тем самым огромную стену между ними.

***

Прошло 3 месяца. Как-то утром в воскресный день в дверь позвонила бабушка Рая, она сказала Катерине: «Одевайся, пойдем!». Катя не спрашивая оделась и пошла.

Бабушка повела ее в церковь, на службу. Отец Михаил, тот самый, о котором постоянно рассказывала соседка, встретился им у входа. Он поздоровался с Катей и улыбнулся, а у нее даже защипало в глазах от навернувшихся слез, — во взгляде батюшки было столько тепла и столько любви и добра, что заледеневшее сердце Катюши отозвалось. Она читала рассказы о святых, но здесь воочию увидела, как человек словно светится изнутри.

Всю службу у Кати текли непроизвольные слезы, очищающие ее душу, смывающие отчаяние и боль. После, подойдя к отцу Михаилу она спросила:

— Батюшка, ответьте, куда уходят нерожденные дети?

— Безгрешные души попадают в Рай. Становятся ангелами, — ответил он и улыбнулся.

Первую ночь после трагедии Катя спала сладко, без кошмаров. Она стала часто приходить в церковь - то просто посидеть, то поставить свечку, то послушать батюшку. На душе становилось спокойнее. Она снова прошла все обследования и в этот раз врачи предположили, что возможно преждевременные роды вызваны слабостью мышц матки, которые не удержали растущего ребенка.

Танюша

Прошел еще год. Слава и Катя купили новую 3-комнатную квартиру и машину. Слава защитил диссертацию, Катю сделали начальником отдела. Они вместе каждое воскресенье ходили в церковь. Только иногда при встрече с парочками с колясками у Кати щемило сердце. И все-таки Катерина решилась рискнуть.

Она часто ходила в церковь, беседовала с отцом Михаилом.

Все проходило замечательно, без патологий, малышка шевелилась, подходил час Х (срок на котором она потеряла Анечку). Отец Михаил говорил, что надо верить - и Катя верила. Она стояла на учете в лучшей клинике, вся беременность проходила под неусыпным контролем врачей. Катя верила, когда снова начались схватки раньше времени, верила, что ей непременно помогут, верила до последнего.

***

Малышка родилась живой, но недоношенной на таком сроке, что и реанимировать ее никто не стал. Катя видела, как в течении 3 минут на соседнем столе умирала ее белокурая девочка. Она кричала, рвалась к ней, кусала врачей, она дралась, царапалась, как животное, — но поняв, что все кончено, провалилась в беспамятство.


И опять повторилось видение, уже третий раз ее девочка уходила от нее, теперь малышка плакала сама, повторяя: «Ты поймешь!»

Это был последний, казалось самый жестокий удар, Катя замкнулась в себе. Когда за ней приехал муж, с трудом сдерживающий слезы, она попросила отвезти ее в церковь, прямо сейчас. Слава, даже обрадовался, думая, что это хорошо, — может ей поможет вера.

Катя, выйдя из машины, побежала к двери церкви, забежав внутрь, не видя ничего вокруг, она, расталкивая прихожан рвалась к алтарю. Подбежав она, смотря на икону Спасителя закричала во всю силу своих легких, чтобы Он услышал:

— ЗА ЧТО ТЫ ТАК СО МНОЙ?! ЧТО Я СДЕЛАЛА ТАКОГО СТРАШНОГО, ЧТО ТЫ ТАК МЕНЯ НАКАЗЫВАЕШЬ? ЗАЧЕМ ТЫ УБИВАЕШЬ МОИХ ДЕВОЧЕК? ТЫ, КОТОРЫЙ НЕ РАЗДУМЫВАЯ, ДАЕШЬ ДЕТЕЙ НАРКОМАНАМ, ВЫБРАСЫВАЮЩИМ ИХ СРАЗУ ЖЕ НА ПОМОЙКУ!!!

К ней подбежал муж и отец Михаил, они силой пытались оттащить ее, но Катя вырывалась, не слыша ничего. Она повернулась к оцепеневшим людям, пришедшим на службу, и закричала им:

— Кому вы молитесь? У кого просите? Он играет с нами, как с куклами, отрывая ножки, вырывая сердца!!!

Её всё же увели в комнату батюшки при церкви. Катя долго еще плакала, шепча: «За что? За что? За что?»

Отец Михаил гладил ее по голове, зная, что любые слова сейчас бесполезны. Сколько горя он видел каждый день, сколько боли люди приносят в храм… Ведь, когда все хорошо, с этим не часто приходят, а когда плохо, то душа ищет ответов и приводит человека к Богу. Когда то и он, потеряв свою семью, пришел за ответами. Тогда, будущий его наставник, сказал:

— НЕ ИЩИ ОТВЕТЫ У БОГА, ИЩИ ИХ В СЕБЕ. ЦАРСТВИЕ НЕБЕСНОЕ ИЩИ В СЕБЕ. А БОЛЬ - ОНА ВСЕГДА ОЧИЩАЕТ, ОНА ОТРЫВАЕТ ОТ НАШЕЙ ДУШИ НЕНУЖНЫЕ НАРОСТЫ. ИНОГДА СМЫСЛ ЛИШЬ В ТОМ, — ЧТОБЫ ВЫНЕСТИ СВОЕ БРЕМЯ. И ПОМНИ, ГОСПОДЬ, ВСЕГДА ДАЁТ ЧЕЛОВЕКУ, РОВНО СТОЛЬКО, СКОЛЬКО ОН СПОСОБЕН ВЫНЕСТИ - КАК ХОРОШЕГО, ТАК И ПЛОХОГО.

Первое, что увидела Катя, когда проснулась - это светящиеся изнутри глаза батюшки. Она смутно помнила, что творила в церкви, но этого было достаточно, чтобы покраснеть от стыда. «Да, полно тебе, Господь и не такое видел», — сказал, улыбнувшись отец Михаил, — «А люди забудут, не переживай». Вот тут он и повторил Кате слово в слово то, что когда то ему сказал его наставник.

Эпилог

Катя долго искала ответ, зная, что ей не суждено родить ребенка, пока она его не найдет. Она вставала с этим вопросом и ложилась с ним, иногда ей казалось вот-вот и она поймет почему так получалось. И как то, смотря, какую то передачу, мельком услышав фразу: «Не думайте, что Вы лучше других…», ее вдруг осенило: ГОРДЫНЯ! и ОСУЖДЕНИЕ!!! Вот за что её наказывали, вот что хотели показать - она вспомнила, как осуждала всех подруг за неправильное обращение с детьми, она вспомнила свою убежденность, что только она будет лучшей матерью, что Бог, мол, раздает детей недостойным этого дара женщинам.

Катя примчалась на исповедь и рассказала все отцу Михаилу, она была так счастлива, что нашла ответ, что наконец то поняла то, о чем просила ее душа маленькой девочки, выбравшая Катю своей мамой (почему то ей очень хотелось верить, что у 3-х её нерожденных малышек была одна душа).

Батюшка, после ухода Кати еще долго сидел и улыбался, он благословил Катюшу и знал, что теперь все будет прекрасно. «Неисповедимы пути Господни!» - подумал он, как всегда восхитился деяниями Того, которому так верил.

Увидев, Катиного мужа издалека, батюшка все понял, и еще раз поблагодарил Создателя.

Через 5 дней самую счастливую маму и ее маленькую Машеньку выписали домой, гордый папа не сдерживая слез, дрожащими от волнения руками первый раз в жизни взял свою такую долгожданную дочь.

Babyblog.ru

Мамочка, здравствуй, чудесное утро!

Я не мешал тебе спать?

Вырасту я - буду сильным и мудрым,

Буду твой сон охранять.

Мама, смотри, вот мой маленький пальчик!

Мама, с тобой хорошо!

Мама, ты знаешь, я, кажется, мальчик!

Буду, как папа, большой...

Мама, ты знаешь, я слышал сегодня

Новое слово - "аборт"...

Мама, зачем чьи-то пальцы так больно

Твой нажимают живот?

Маму не трогайте, дяди и тёти!

Вы не отправитесь в рай,

Если вы маму случайно убьёте!

Мамочка, не умирай!

Мама, скажи им, пускай перестанут!

Мама, откуда здесь свет?

Мама, мне больно, куда меня тянут?!

Мама!.. Меня больше нет...

Мама звонит своей близкой подружке:

"Что ж, всё прошло хорошо...

День отлежусь, и закатим пирушку,

И погуляем ещё..."

Я — ребенок, не родившийся на свет.
Я — безродная душа по кличке Нет.
Я — колючий холодок в душе врача.
Узелок, людьми разрубленный сплеча.

Пусть же будет вам легко, отец и мать,
Жить, как все, и ничего не понимать.
Все равно я вас люблю сильнее всех,
Даже если вы забыли этот грех».

Анна Орлова-Новопольцева

Он убегал… В него стреляли люди…
Проваливаясь лапой в рыхлый снег,
Волк твёрдо знал: спасения не будет
И зверя нет страшней, чем человек.
А в этот миг за сотни километров,
Был в исполнении ужасный приговор:
Девчонка малолетняя там где-то
Уже четвёртый делала аборт.
Малыш кричал!!! Но крик никто не слушал.
Он звал на помощь: «Мамочка, постой!!!
Ты дай мне шанс, чтобы тебе быть нужным!
Дай мне возможность жить! Ведь я живой!!!»
А волк бежал… Собаки глотку рвали…
Кричали люди пьяные в лесу
Его уже почти совсем догнали,
Волк вскинул морду и смахнул слезу…
Малыш кричал, слезами заливаясь,
Как страшно, не родившись, умереть!
И от железки спрятаться пытаясь,
Мечтал в глаза он маме посмотреть.
Вот только «маме» этого не нужно —
Не модно стало, видите ль, рожать!
Она на глупость тратит свою душу,
Своих детей так просто убивать.
А волк упал без сил… Так было надо —
Он от волчицы варваров увёл —
Одна она с волчатами осталась,
Когда он на себя взял приговор…
Собаки рвали в клочья его тело,
Но только душу волчью не порвать!
Душа его счастливой мчалась в небо —
Ради детей есть смысл умирать!!!
И кто, скажите, зверь на самом деле?
И почему противен этот век?
А просто человечней стали звери,
И зверя нет страшней, чем человек!

О неродившемся ребёнке

Я извлечён врачом был острой ложкой
В кровавой жиже.
Я так хотел пожить ещё немножко...
А вдруг бы выжил?
Хотел на свет взглянуть, увидеть небо.
Оно какое?
Зачем я был убит вот так нелепо
Твоей рукою?
Лежу в тазу, размазанный комками
С густою кровью.
А я хотел хоть раз прижаться к маме,
Согреть любовью.
Я знаю, что меня ты не желала -
Я был обузой.
В свои шестнадцать ты ещё не знала
Такого груза.
Ты так хотела с этим парнем слиться -
Любовь безбрежна.
Но знала то, что должен появиться
Я неизбежно.
И вот лежишь ты в освещённом зале
В тиши больницы.
Уж приговор врачи мне подписали -
Мне не родиться.
Лежу в лотке я — крохотный комочек,
Всего пять граммов...
Немой вопрос, застывший между строчек:
ЗА ЧТО ЖЕ,МАМА?!!
Александр Танский

По крыльям назначается полёт,
Так было изначально и поныне.
Не надо плакать, если Бог даёт,
Страшней гораздо, если Он отнимет.

По-разному повелевает жизнь,
И осуждать я не имею права.
Но лучше от живого откажись,
Чем вечно вспоминать, как убивала…

На стекле, как маленькая свечка,
Прикрепилась детская душа.
Оборвали жизнь у человечка.
Не родили где-то малыша.

Плачет Ангел нерождённых деток.
У хирурга запотел аж лоб.
Скрежет от выскабливания клеток…
Не сколочен для малышки гроб.

Господи, да что это творится?
Где есть грань бесчестия страстей?
Разве может дикая тигрица
Убивать в младенчестве детей?

Разве бьёт детёнышей собака,
Иль подбросит в мусор умирать?
Люди, вы страшнее вурдалака,
Если убивает детей мать.

На стекле, как маленькая свечка,
Прикрепилась детская душа.
Пожалейте, люди, человечка,
Вашего родного малыша.
Людмила Ларкина

Одиноко брела старушка
Через двор, по дороге домой.
А немного поодаль девчушка
Испугалась собаки хромой:

Громко всхлипнула, задрожала;
Куклу Машу прижав к груди,
К своей матери подбежала
С криком: «Мамочка, защити!»

Мама дочери улыбнулась,
Приголубила, наклонясь.
А старушка, вдруг пошатнулась
И осела, за сердце держась.

Не внезапность в том крике звонком
Довершила в груди надлом —
Фраза, сказанная ребенком,
Ей напомнила о былом:

Годы молодости беспечной…
Он уверенность ей внушал;
Говорил о любви сердечной,
Но узнав про «живот» — сбежал.

«Коль ему не нужна забота,
То и мне», — рассуждала мать.
А внутри незаметный кто-то
О себе ей давал понять:

«Это я, это твой ребенок.
Ты не видишь, но можешь узнать.
Потерпи, наберусь силенок,
Чтобы вскоре тебя обнять.

В эту трудную жизни минуту
Ни отца, ни себя не кори.
Я тебе улыбаться буду
На кроватке в лучах зари.

От тебя попрошу лишь ласки —
Пусть хоть изредка, перед сном
Почитай мне из книжки сказки:
«Теремок», или «Кошкин дом».

Не заметишь, как возрастая,
Я помощником стану тебе.
Я любить тебя, дорогая,
Буду в радости и в беде…»

Ей хотелось «освободиться»…
Дан наркоз и подходит врач.
Но внезапно, сквозь сон девица
Услыхала младенца плач.

Что казалось совсем не важным,
То стонало, кричало в груди:
«Нет, не надо!.. Прошу!.. Мне страшно!..
Мама, мамочка, защити!..»

В тот ненастный осенний вечер
Дома девушке не спалось:
Больше детской не слышно речи, —
Что-то в сердце оборвалось.

После — жизнь, словно третьего сорта.
В одиночестве стала стареть.
А не будь рокового аборта,
Уж могла бы внучат иметь…

Но сегодня, в одно мгновенье
Вновь обрушилось словно гром
То далекое преступленье,
Что скрывала в себе тайком…

Сердобольный народ собрался:
Валидол положили в рот;
Парень вызвать врачей пытался,
Набирая несложный код.

Люди, медиков ожидая,
Созерцали, не в силах уйти,
Как несчастная, умирая,
Повторяла: «Прости, прости…»

Вдруг разгладились складки кожи
И покой на лице застыл.
И сказал из толпы прохожий:
«Видно Кто-то ее простил».

Не нужно вам это, девочки!
Не будьте так страшно упрямы!
Ведь каждая его клеточка
К вам слезно взывает: «Мама!

Ты дай мне родиться, вырасти,
Я буду послушным — правда.
Ведь ты же не сможешь вынести
Мучений и скорби ада!

А вместе нам будет весело.
Ты знаешь, что будешь счастлива,
Когда станешь петь мне песенки,
В глаза мне смотреть участливо.

Ты слышишь ли, мама, милая?!
Не нужно, не слушай доктора,
Не бойся его, ворчливого,
И сердца его холодного.»

Ах, миленькие, одумайтесь!
Ведь нам на века завещано:
Грехи неразумной юности
Лишь в детях простятся женщине.

День нерождения
В день, когда ты поняла,
Что внутри сынок,
Словно тонкая игла
Впилась в твой висок:
«Нет, не нужен он совсем,
Позже, может быть...
Вся в кредитах, ну зачем
Нищету плодить?»
А он видел сны, он спал -
Поле в васильках,
Он бежал и замирал
В маминых руках.
Ты сама была такой
Тридцать лет назад.
Что ж так плачет ангел твой,
Опустив глаза?
Не убей, он твой теперь,
Ну представь, как он
Улыбается тебе,
Просит молоко.
Гордые, без жалости,
Не слышим в шуме дня:
«Мамочка, пожалуйста,
Не убивай меня...»
Но ждет кресла эшафот,
Мыслей адский плен.
Жизнь у сына заберет
Холодный инструмент.
Смерть принявший без вины,
Не успевший жить
Долго-долго в твои сны
Будет приходить.
Улыбнется: «Мам, я здесь,
Мама, я живой,
По ту сторону небес
Встретимся с тобой».

Мамочка, не трогай свой животик!

Милая, мне больно, когда ты

Грубо так ударишь меня в носик.

Ведь во мне твои черты!

Ты прости меня, моя родная,

Что мешаю очень тебе жить.

Ты меня не любишь, я все знаю,

Может все же сможешь полюбить?

Я тебя так сильно любить буду!

Наберусь силенок, подрасту.

Никогда я, мама, не забуду

Твою ласку, нежность, доброту.

Мамочка, позволь хотя б увидеть,

Твои карие прекрасные глаза.

Перестань меня ты ненавидеть,

Мама, убивать меня нельзя!

Кто же тебя так как я полюбит?

Кто в защиту за тебя пойдет?

Если самый трудный день наступит?

Кто от бед, невзгод тебя спасет?

Ты поверь, мне, точно это знаю,

Я когда на свет явлюсь,

Ты меня увидишь, дорогая,

И пройдет вся ненависть и грусть.

Мамочка, мне так бы не хотелось,

Что б я в тазике лежал в крови.

Что б у меня даже не имелось

Маленького гробика, земли.

Что я сделал? В чем же я виновен?

Почему я не заслуживаю жить?

Я же есть уже, и я способен,

Чувствовать тебя, жалеть, любить!

Если, мама, ты уже решила,

Что меня ты будешь убивать,

Знай, что я со всей своею силой,

Закричу от боли, от обиды,

Мне не хочется так умирать.

Я же даже мамочку не видел

Я же так хотел тебя обнять!

Если, мама, ты уже решила,

Что меня ты будешь убивать,

Знай, прощу за то, что ты убила,

Буду в сон твой приходить и обнимать!

Ольга Щербитова

Давайте узаконим смерть!
Давайте узаконим смерть!
На свете столько неугодных;
Людишек мелочных и злобных;
Зачем нам этот сброд терпеть?
Давайте просто их казним:
Бродяг, бомжей, уродов разных,
Пенсионеров безобразных,
Ведь станет легче нам и им.
Вам слово «казнь» коробит слух?
Ну что ж, давайте зашифруем;
Мы не казним, а четвертуем.
Да все равно народ наш глух!
Мы просто выбросим за борт;
Все то, что в жизни нам не нужно;
Освободимся простодушно;
От нежелательных забот.
Я рассуждаю как фашист?!
Простите, люди, а не вы ли;
Уже убийство утвердили,
Тех, кто пред вами свят и чист?
Не вы ли как аппендицит
Неоднократно удаляли
Детей, чью жизнь вы допускали,
В порыве страсти, сбросив стыд?
За пять минут таких утех
Довольно страшная расплата:
Четвертовать невиноватых,
И брать на душу страшный грех?
И это был не эмбрион,
Простите, и не гуманоид.
Казнили вы дитя живое,
Ребенка выбросили вон.
Наверное, не знали вы,
Что дух дается человеку
В момент слияния двух клеток.
С тех пор он есть, с тех пор он жив.
Не вы, а Бог дарует жизнь.
Какое вы имели право
Зачать в себе дитя сначала,
А после так легко убить.
За эти несколько недель
Он духом к вам привык, поверьте,
Он, как и вы боялся смерти…
Да что уж говорить теперь!
Бог создал тварей и людей,
Назвав людей венцом творенья.
И нет созданья совершенней…
Чем мать, убившая детей..?
Секс между мужем и женой,
Не развлеченье, а святыня!
Халатность здесь недопустима,
Во всем царит порядок свой.
И ваш «случайный» эмбрион,
К вам не случайно попадает,
Сам Бог его вам доверяет,
Вам честь оказывает ОН!!!

Мама, ты за что меня убила?
Я ведь воздухом с тобой хотел дышать.
Зародившуюся душу ты сгубила,
И сама начнешь всю жизнь страдать.

Почему, нося меня под сердцем,
От судьбы решила ты сбежать?
Чувствовать, как не родившиеся тельце,
Врач в тебе, железом будет рвать!

Почему? За что? Судьба такая,
Не родившись, сразу умереть.
В муках алой кровью истекая,
Мама не молчи! Скажи! Ответь!

Я помню матери слова:
«Была война.
Осталась мать четыре рта
Кормить одна.

Никто вдову не подопрет
В беде плечом,
И всей подмоги — огород,
Да лес еще.

Ком сахару хранила мать.
По красным дням
Его немного полизать
Давала нам,

И, как святыню, в полотно
Да под замок...
Как жили мы тогда — врагов
Избави Бог.

Но стало нечего нам дать
В голодный год.
Перед иконой пала мать:
«Прости, Господь!

Как дети мучатся мои,
Взгляни, молю!
Хоть младшего к Себе возьми -
Не прокормлю...»

Она, наплакавшись, легла -
И видит сон:
В избу монахиня вошла,
Кладет поклон

И говорит: «О смерти грех
Творца молить.
Сынку и так ведь меньше всех
На свете жить».

Вскочив, метнулась мать к печи,
Где спали мы,
И плачет в голос, и кричит:
«Сынок, живи!»

Целует в страхе малыша
В глаза и лоб:
«С ума я, грешная, сошла!
Живи, сынок!!!

Прости, Господь, мне тяжкий грех,
Храни детей!»...
Она нас вырастила всех...
Спасибо ей...»

Мы образованны, умны,
В расцвете дней,
Одеты, сыты и пьяны -
И без детей.

И нам ни люди не страшны,
Ни Божий Суд...
Но матери времен войны
Нас не поймут...

Накануне

Женщину проще ласкать, обнимать,
Петь, танцевать, веселиться…
Случись что, захочешь ответственность взять?
Продолжить свой род иль все беды принять?
Куда там! Тебе лучше скрыться!

— Пускай все горе ей, а я-то тут при чем?
Сама виновата одна ты во всем.
Сама ты глупа, не смогла уберечься…
Подумаешь, больно! Ведь это не вечно…

Но разве сравнишь раны боль и души!
Как жалко с приказом убить в себе жизнь,
Кровинку родную, совсем молодую…

Послушно иду, что б ее погубить.
С врачом-палачом мне ли шутки шутить.

Вот койка в больнице, в ней страшно, поверь.
Как страус в песке, прячет голову зверь.
Лежу я и жду, как откроется дверь.
Как вор и разбойник себе ж врет: »Не верь».

Сто раз дверь откроется, «мамочки» входят.
И сто раз я вздрогну — за мной не приходят.
Чудовищный акт, мысль черна, не проходит…
А жизнь малыша горькой болью уходит!

Ну вот и позвали, и сердце стучит,
Но мне ли решать: буду жить иль не жить.
Гарантий никто не дает никогда,
Такая уж доля убийц: жизнь — беда.

Кого-то молю и прошу: »Ты живи»,
Но тут же приказ — слышу: «Глубже дыши!»
Себя заставляю: усни поскорей!
Но нет, не берет меня маска чертей.

Не снятся кошмары, не тянет могила,
Лишь боль нетерпима, но я терпелива…

Все кончено! Быстро меня поднимают,
Вакансию тут же мою занимают.
Меня ж поднимают, в каталку сажают,
Везут и, сочувствуя, пот вытирают…

Но рада ли я что осталась жива?
Вот в одночасье разбилась семья,
Заставила боль ненавидеть тебя,
Тюремная ждет в наказанье скамья.

С тобою убили и жизнь »порешили»,
Любовь схоронили в безвестной могиле.
Остались там ручки и ножки лежать,
Им никогда не бежать, не сказать.

И всю свою жизнь не смогу слез сдержать,
Смертельно ошиблась, свой срок нам мотать.

Т. Лаврушина

Шла женщина на операцию —
Так делает много людей.
Она решила расстаться
С кусочком плоти своей.
Решила, что так будет лучше…
Ее не отговоришь.
Она решила не слушать
Как кричит не рожденный малыш.
«Сейчас я только клубочек
И не могу говорить.
Но верь и клубочек хочет,
Как ты, тоже хочет жить.
Ведь меня ты еще не знаешь.
Мне жизнь сохрани, я молю.
Зачем ты меня убиваешь?
Ведь тебя я уже люблю.
Мама, я стану поэтом
И стихи тебе напишу.
Мама, не делай это!
Тебя я молю, я прошу.
Для врача я лишь сгусток клеток,
Что можно легко удалить.
Мама, не делай это.
Я хочу родиться и жить.
У меня глаза голубые,
И голос и кожа в тебя,
И мысли уже живые…»
В утробе кричало дитя.
«Я цветы на восьмое марта
Буду тебе дарить.
Мама, прошу не надо!
Не рви моей жизни нить.
А если я девочкой буду,
Всему у тебя научусь,
Готовить и мыть посуду.
Я в этом тебе клянусь.
У меня уже бьется сердечко,
Ручки и ножки есть.
Я займу не много местечка
И не долго пробуду здесь.
Я еще не видел закатов,
И зебру, и лес, и дожди…
Мама, прошу, не надо!
Мамочка, пощади…

— Какие же пушистые сегодня облака-то!
Вот только далеко они
— им не подняться к Раю...
Смотрите, самолёт из них
выходит, как из ваты.
Эх, жаль — не стал я лётчиком,
как дед мечтал, летая...
— А я не стал писателем...
— А я не стал судьёю...
— А мне не быть актрисою —
красивою, как мама...
— Ты называешь мамою?
Она с тобой такое...!
— Я с ней всё время рядышком,
и злости нет ни грамма.
— А я свою не «трогаю»...
Забыла всё — и чёрт с ней!
— О нет!
Моя — всё кается...
Бедняжка, плачет в Храме.
Причины были, видимо...
Отец заставил — чёрствый...
Мне б плоть хоть на минуточку,
Чтоб лишь прижаться к маме.
— А я «хожу» за братиком —
малыш такой забавный,
Весь конопатый, рыженький —
Антошка»тили-тили»…
И всё ему прощается...
Сейчас он в доме — главный...
Какой велосипед ему недавно подарили!
— А у моих родителей детей уже не будет...
Теперь вместо меня у них красивая собака...
А чем я хуже?
Странные они, наверно, люди...
Но видел я, как папа мой
Однажды ночью плакал...
— Смотрите, у нас новенький —
ревёт, как все — вначале...
Ну что ты? Тише, миленький,
не принятый землёю...
— Забудешь... Успокоишься...
— Меня на части рвали!
Ах, больно-то как, Господи!
— Мы все прошли такое.

Нас всех когда-то предали,
Зарыв Любовь в могилу,
За то, что мы — не вовремя...
Случайно... Да не в строчку...
Неужто на земле для нас местечка б не хватило?
Глотка водицы,
Солнышка, да хлебушка кусочка?
Наталья Григорьева

Научитесь тому, как создать счастливую семью: онлайн курс

 ( ((Дмитрий Семеник )
Борьба отца: Опасная таблетка мифепристон (Кэрол Мизерс )

СТИХИ-РАЗМЫШЛЕНИЯ О НЕРОЖДЁННЫХ ДЕТЯХ

Я заметил, что все сторонники
абортов
это люди, которые уже успели родиться.

(Р.Рейган)

Говорит мама

Когда ты была во мне точкой
(отец твой тогда настаивал),
мы думали о тебе, дочка,

оставить или не оставить?

Рассыпчатые твои косы,
ясную твою память
и сегодняшние твои вопросы:
«оставить или не оставить?»
(А. Вознесенский)

Прощай, нерождённый Алешка...

Прощай, нерождённый Алешка,
сберечь я тебя не смогла.
Недаром в ту ночь по окошку
слезинка дождя проползла.

Недаром надсадно и глухо
в мозгу трепетало: «Постой!»
И боль, как слепая старуха,
толклась и толклась предо мной.

Прощай, нерождённый мальчишка,
тревога моя и печаль,
ничто у нас в жизни не вышло.
А жаль. До отчаянья жаль.

Прикрыты сухие ресницы,
бестрепетна горькая грудь…
Ты будешь, Алешка, мне сниться,
к земле мою голову гнуть.
(И. Яворовская )

Исповедь нерожденного


Неугоден и чужд я на свете,
Я зародыш простой: то ли сын, то ли дочь,
И никто за меня не ответит.

Я мечтаю взглянуть милой маме в глаза
И легонько подергать за косы,
Не родился еще, но уже егоза,
И уже жизнь моя под вопросом.

Я хотел бы играть вместе с папой в футбол,
Изучать насекомых под лупой,
Только все решено. Но в души протокол
Внесено навсегда: "это глупо"!

Будет завтра финал малой жизни моей,
Все равно буду счастлив безмерно,
Что пойдем с мамой вместе вдвоем мы смелей,
И она будет рада, наверно.

Мне не может никто и не должен помочь,
Если в тягость я маме и папе,
Неродившийся сын, нерожденная дочь,
Только вешка у них на этапе.

Я ведь зла не держу, но обидно до слёз:
Не нашлось для меня лучшей доли,
Как теперь им сказать, что любил их всерьёз,
И, что жить мне хотелось до боли...

(И. Гендлер )

Пустота


В больнице чисто и тепло.
Девчонкам делают аборты.
Они вздыхают тяжело,
Но через день почти не больно.

В палате смех и болтовня,
А в холле смотрят сериалы,
И через три-четыре дня
Им ничего уже не жалко.

Исчезли страх и тошнота,
И даже тело легче стало,
Но в нём такая пустота
Что не заполнить сериалом…

(Т. Залесская )


Аборт

Ах, милая, утри слезу,
Я помогу тебе советом,
Не первый год я дока в этом
И вот что я тебе скажу:

Я понимаю, как никто:
Беременность тебе «не в тему»,
Ты не сейчас её хотела,
И может быть… не от того!

Ведь на кону: Карьера, Спорт,
А может быть: Спектакли, Съемки…
Куда здесь думать о ребёнке?!
Спасти здесь может лишь аборт!

Ах, слышу правильный вопрос:
«Молчать иль рассказать всё мужу?»
Отвечу: «Говорить не нужно,
Пусть не суёт сюда свой нос!»

Иной начнёт скулить, любя:
«Давай рожай! Мы всё сумеем!»
И будет дальше жить, балдея,
Взвалив заботы на тебя.

Да и потом: вокруг нужда,
Плюс нестабильность на работе…
Коль не подумать об аборте,
Кому с ребёнком ты нужна?!

Чтоб жил он, словно «3-й сорт»?
Чтоб все вокруг его шпыняли
И за обноски укоряли?
Нет, нет, решайся на аборт!

Таких, как ты, – полно в стране,
Кому я вымостил дорогу…
Но уговор: ни слова – Богу!
Ты мне доверься – Сатане!

(Ю. Сергеев )

Какое слово страшное – аборт...


Ребёнка выбросили, будто бы вещицу…
Как будто дети – бездушевный, низкий сорт…
Забраковали!.. как предмета единицу.

Какое слово страшное – а-б-о-орт!
Ребёнка рвали клещи по крупицам…
И тёр, злорадствуя, ладони клятый чёрт:
– Забыта заповедей Божьих вереница!

…Теряют люди человеческие лица.

(Н. Самоний )

Распишемся, как сделаешь аборт!

Не ожидала, что такое скажет...
И сразу свет померк в её глазах...
Звал замуж, и в любви признался даже,
Но после этой фразы, видно крах
Их бурному и пылкому роману...
"Распишемся, как сделаешь аборт!"
Хотелось крикнуть: "Убивать не стану!!!",
Но словно онемел красивый рот...
Он продолжал увещевать упорно,
Твердя о том, что время не пришло,
И убеждая в том, что прав, бесспорно,
Так и не понял, что произошло...
Ей обещая горы золотые,
Любовь до гроба, требовал в ответ
Лишь согласиться на аборт... Впервые
Услышал он решительное:"Нет!"


...Прошли года, он постарел и спился,
Растратив свою молодость в гульбе,
А у неё – красивый сын родился,
И всё сложилось в девичьей судьбе!
(Л. Шахбазян
)

Я ребёнок, не родившийся на свет...

Я ребёнок, не родившийся на свет.
Я
безродная душа по кличке "НЕТ".
Я
колючий холодок в душе врача,
Узелок, людьми разрубленный сплеча.

Пусть же будет вам легко, отец и мать
Жить, как все, и ничего не понимать.
Всё равно я вас люблю сильнее всех,
Даже если вы забыли этот грех.

(А. Орлова-Новопольцева)

Если Бог даёт...

По крыльям назначается полёт,
Так было изначально и поныне.
Не надо плакать, если Бог даёт,
Страшней гораздо, если Он отнимет.

По-разному повелевает жизнь,
И осуждать я не имею права.
Но лучше от живого откажись,
Чем вечно вспоминать, как убивала…

Где-то есть нерожденные дети...

Где-то есть нерожденные дети…
Небеса им пророчат рожденье.
Души чистые в радужном свете,
Совершенствуясь, ждут воплощенья.
Смотрят сверху, знакомятся с мамой.
Видят папу – того, кто им станет.
И момент удивительный самый
Их на Землю радушную манит.
Не родившись, когда-то готовы
Стать людьми… Хочет каждый ребенок
Все познать… И улыбку, и слово,
Мир для них и прозрачен, и тонок.
Невесомы, пока что воздушны –
Суть и смысл на неведомом круге.
Им немногое, право же, нужно.
Лишь любовь и надежные руки.
Небеса им дадут остальное.
И родителям счастья добавят,
Разделив с кем-то благо земное,
Человек быть счастливее вправе.
Почему же вы медлите, мамы?
Папы-мамы, не рушьте надежды.
Где-то там, сквозь небесные рамы
Смотрит ваш самый нужный и нежный.
Где-то есть нерожденные дети
С ожиданием «буду – не буду».
Кто, скажите, за это в ответе?
Пусть свершается доброе чудо…

(М. Борина-Малхасян )

Es koennte so sein...

Так могло быть…

Молодая дама забралась в свой элегантный «Ауди», села за руль, откинула голову и закрыла глаза. Картина была ясной и четкой.

Очаровательная малышка в прелестном розовом платье бежит ей навстречу и радостно кричит: «Мама идет! Мама пришла!» Дама улыбается и достает из сумки красивую куклу: «Посмотри-ка, что тут у меня!» «Ой, как здорово! Спасибо, мама, спасибо! Я назову ее Тильдой», – радуется малышка. Ее мягкие ручонки обвивают шею матери, а пухлые губки целуют ее в щеку. Золотые локоны малышки завиваются красивыми кольцами, ее детская кожа источает нежный запах…

Первый школьный день. С двумя большими белыми бантами ее дочь выглядит, как маленькая принцесса. С огромным кульком конфет и с ранцем на спине она подбегает к матери и оживленно рассказывает ей про школу, про учительницу, про детей, с которыми она сегодня познакомилась. А потом они обе идут рука об руку по липовой аллее. «Может, пропустим по паре шариков мороженого?» – подмигивает дама дочке, проходя мимо уютного кафе-мороженого. «Да!» – восторженно кричит маленькая принцесса. – «Да!» И ее глаза блестят от радости…

Дама осторожно входит в комнату. Пятнадцатилетняя девушка сидит у окна. Светлые волосы повисли соломой, взгляд потух. «Что случилось у моей маленькой мышки?» – участливо спрашивает дама. «Ах, мама! Он пошел на вечеринку с Ханной!» Голос девушки дрожит, слезы стекают по щекам. «Перестань, моя дорогая!» – утешает ее мама. – «Он наверняка очень скоро поймет, что ты гораздо лучше, умнее и надежнее этой Ханны. Ну, а если он не сумеет это оценить, значит, он просто не стоит твоих слез, верно?» «Ах, мама!» – начинает улыбаться девушка. – «Ты – моя самая лучшая подруга!»…

Так могло быть…

Дама открыла глаза и бросила последний взгляд на клинику, где она несколько часов назад избавилась от беременности.

( О. Зайтц, п еревод автора )